Розовые чайки — Rhodostethiа

  • Класс: Птицы — Aves
  • Отряд: Ржанкообразные — Charadriiformes
  • Семейство: Чайковые — Laridae

Столь же неосновательно и все, что говорится Г. П. Горбуновым о какой-то «теории Бутурлина» о раннем движении выводков к северу, опровергая эту «теорию» так: «30 июля не было ни одной чайки на всех гнездовьях. Да ведь уже 22 июля они хорошо летали, так зачем же им было сидеть на гнездовьях?». Во-первых, не 30 июля, а 30 июня гнездовья были уже пусты когда птенцы еще в пуху. Во-вторых, вообще никакой «теории» по этому вопросу никто не создавал, а Бутурлин сделал лишь очевидный вывод из ряда фактов, имея не только свои личные наблюдения, но и наблюдения ряда своих спутников: ботаника и страстного охотника И. А. Шульги, препаратора и коллектора А. К. Цельмина, другого препаратора — местного промышленника, казака Кондакова, переводчика, казака, отличного охотника и талантливого наблюдателя С. И. Расторгуева и выдающегося местного охотника В. И. Соловьева, — всего 6 человек, причем наблюдения (с обращением особого внимания на розовую чайку) и сборы одновременно велись в районах Нижнеколымска (приблизительно в центре дельты в тайге), в Пантелеихе (на восточном берегу), в Походском (тоже в центре, но в южной части тундры) — в разных пунктах северной части дельты, разъездами. При этих условиях, вечном солнце и общих прекрасных условиях наблюдений, в тундре проглядеть отлет или пролет розовой чайки ни к югу, ни к се веру было невозможно. К тому же передвижения ходом и вплавь наблюдались непосредственно, но, конечно, не вплавь на Землю Франца-Иосифа и вообще не по морю (против чего с несколько смешной серьезностью возражает Г. П. Горбунов, хотя таких странностей никто не утверждал), а к северу, к морскому побережью.

Если в такое позднее по погоде (градусов на 5 холоднее среднего) лето, как 1905 г., уже 30 июня все гнезда были покинуты, если 22 июля последние птенцы уже летали, то в среднее, нормальное лето самые ранние птенцы должны были бы подняться на крылья не позже 10 июля (а в раннее лето и раньше: в 1905 г. первые прилетели в дельту 30 мая, между тем. в 1920 Амундсен уже 20 мая получил на Чаунской губе целую серию — 12 шт. в мясе, посланных ему с Колымы, т. е. добытых не позже 15-го или ранее, по меньшей мере на 0,5 месяца раньше, чем в 1905 г.). Чему же удивляться, что близ берегов Земли Франца-Иосифа первые взрослые чайки появились 11 или 14 июля, и первые молодые — 27 июля, тем более, что от ближайших гнездовий (дельта Индигирки) здесь не 3 000 км, как считает Г. П. Горбунов от Колымы, а около 2 200.

А главное, — к чему все эти странные натяжки и цепь неверных цитат и необоснованных догадок, когда на самой Земле Франца Иосифа никто никогда розовой чайки не только не добывал, но и не видал (о «наблюдении» Джексона уже говорено выше), а в гнездовое время (июнь) никто их не видел и вблизи этой Земли.

Нет ничего невероятного в том, что розовая чайка гнездится, может быть, несколько дальше к западу и к востоку, чем пока установлено. Так их часто наблюдают по среднему течению Анадыря, где Сокольников собрал ряд летних экземпляров и где есть подходящие для гнездовия места. Амундсен слышал от туземцев, из вторых рук, рассказы о гнездовании в низовье Большой Баранихи. Самая, многочисленность розовой чайки в низовье Колымы говорит за то, что она, вероятно, распространяется и несколько восточнее. С другой стороны, туземцы говорят о гнездовании какой-то мелкой чайки в устьях речек между Индигиркой и мысом Святой Нос (около 141° в. д.). Не невозможно, и гнездование в низовьях Яны: Бутурлин получил от т. Шишлянникова несколько розовых чаек, добытых в 1905 же г. из пролетной весенней стаи под самым Верхоянском (вместе с вилохвостой чайкой и стеллеровой гагой!). Все это лишь некоторое расширение (пока, однако, не доказанное) той же гнездовой области. Но на Чаунской губе (остров Аион), где в 1920 г. экспедиция Амундсена собрала много яиц местных птиц, и в низовье Анадыря розовая чайка уже не встречается.

Что касается Америки, то знаменитый полярный путешественник и антрополог В. Стефанссон в своей большой работе «The Friendly Arctic», говорит, что сэр Леопольд Макклинток на открытом им в 1853 г. острове Принца Патрика (около 77,5º с. ш. h 116º з. д.) нашел гнездо розовой чайки. На самом деле, как давно известно, это было гнездо белой чайки, и Стефанссон в своих письмах Бутурлину от 9 июня и 17 июля 1929 г., после проверки, признал свою ошибку. Он полагает, что он сам наблюдал гнездящуюся парочку 18 июня 1916 г. на рифе у открытой им Земли Мейгдена (около 80° с. ш. и 100° з. д.). Допустимо, что залетевшая так далеко двухлетняя парочка, перезимовав, загнездилась случайно так далеко от своей области, хотя место гнездования, да и самая единичность гнезда — явно ненормальны, и находка, повидимому, не была сохранена. Яйцо, добытое 15 июня 1885 г. в Диско (западное побережье Гренландии около 69° с. ш.), не раз относимо было к этому виду, но неправильно.

В течение зимы отдельные, обыкновенно молодые, птицы отбиваются далеко на юг, как показывают единичные находки на Охотском море, в Камчатке, на Командорских островах, у форта святого Михаила в Аляске (недалеко от устья Юкона), в южной Гренландии, Норвегии, на Фарерских островах, даже на острове Гельголанде, в Англии, Франции и, наконец, на острове Сардинии на Средиземном море. Главная же масса зимует на полыньях и среди подвижных льдов сибирской и американской частей полярного бассейна и как-будто навсегда сохраняет в своем оперении отблеск бесконечных зорь и прекрасных северных сияний своей морозной родины.

Дополнительная информация